четверг, 2 марта 2017 г.

Дульфіна Жоран. Гулец Мельнікаў. Койданава. "Кальвіна". 2017.


     Валерый Анатольевіч Мельнікаў – нар. 21 кастрычніка 1959 г.
    Выхаванец футбольнай школы СДЮШАР-5 (Мінск). Гулец мінскага “Дынама”. У 1988-1989 гг. гуляў за алданскі “Мэтэёр” у Якуцкай АССР.
    Дульфіна Жоран,
    Койданава

                                                                   ДАДАТАК

    Валерий Мельников:
                               «ГРУСТНО? ТАК ВЕДЬ В МОЛОДОСТИ ВЕСЕЛО БЫЛО»
    В среду, 21 октября, отмечает полувековой юбилей чемпион СССР по футболу в составе минского «Динамо» Валерий Мельников. Известный в прошлом футболист, которого в той, «золотой», команде за схожесть со сказочным персонажем называли просто Нильс, рассказал, как в свое время веселились и играли в «Динамо», отчего партийные боссы Азербайджана просили его не спаивать местных футболистов, и почему сегодня он вынужден два раза в месяц сдавать кровь.
    - Да-а, годы летят... Кажется, вот еще совсем недавно, вчера ты играл, а сегодня... И люди уходят. Нет Саши Прокопенко, Вити Янушевского, Юрия Курненина не так давно похоронили. «Съели» Анатольича функционеры.
    - Что-то мы начали с грустного...
    - Так ведь в молодости весело было. Кстати, в футбол меня батя привел. Были с ним на стадионе, смотрели какой-то матч. До сих пор помню полные трибуны, рев болельщиков. Я такими глазами смотрел на игроков на поле! Это же была мечта! И здесь голос диктора объявляет, что в футбольную школу производится набор мальчиков моего возраста. Колебаний не было. Позже, когда уже сам играл на стадионе «Динамо», вспоминал тот день. Думал: а если бы не пошли тогда с батей на футбол? Стал бы я футболистом или нет?
    Но, мне кажется, позже родителям не было за меня стыдно. Помнится, играли с «Араратом», проигрывали - 1:2. Эдуард Васильевич Малофеев меня выпускает на замену, я забиваю гол, а затем еще и Игорь Гуринович победный вколачивает. Прихожу после игры домой - мама сидит и плачет. Что случилось?! Говорит: «Сынок, я на работе красила батареи, и тут ко мне приходит мастер и отправляет домой».
    Оказывается, этот мастер смотрел матч и так расчувствовался после победы «Динамо», что маму отпустил со второй смены. Вот и мама тоже расчувствовалась.
    - В то время вы зарабатывали, играя в футбол, наверное, больше чем родители?
    - Мама получала 270 рублей, отец - токарь - под триста. Мне платили около 600 рублей в месяц вместе с премиальными и командировочными. Вот и получалось, что зарабатывал больше, чем родители вместе.
    Вообще, команду в то время не обижали, футболистов любили. И болельщики, и высокое руководство. Квартиры давали тем, кто в них нуждался. Юрию Пудышеву, например, сразу же после его переезда в Минск из московского «Динамо» как холостяку дали однокомнатную. С этой квартирой там целая история была.
    Пудик же известный шутник и балагур, он попросил какую-то молодую художницу, чтобы та ему стены разрисовала. Та ему углем и нарисовала на всю стену распятого Иисуса Христа. Юру затем за «поведение, которое недостойно советского офицера» даже в общежитие на время перевели. Но затем все снова утряслось.
    - О ваших похождениях с Пудышевым ходят легенды...
    - Мы весело жили, но так же и играли! Я уже как-то рассказывал, что в 82-м приехали в Москву играть с ЦСКА и «Торпедо». Игра - 9 мая. Малофеев спрашивает: «Кто на дубль поедет, ребята?» Все согласились, кроме меня и Пудика. В это время мы купили несколько килограммов сосисок, шампанского набрали и отметили как положено.
    На следующий день - надо играть, а земля уходит из-под ног. И позориться нельзя, и не откажешься, чтобы ребят не подвести. Пудик и под душ холодный, и то, и се... Но выиграли тогда у «Торпедо». А затем еще и ЦСКА «накрыли».
    Юра и остальные ребята постарше очень хорошо играли, а мне, молодому, тяжело, конечно, было конкурировать с такими мэтрами. Так что Васильич в основном выпускал на замены. Но «золото» Союза я тоже получил.
    - А в сборную СССР тяжело было попасть?
    - Невероятно тяжело! Там же в основном москвичи да киевляне главенствовали. Каждый тренер сборной тащил в команду своих, да и конкуренция была - дай Бог. Тогда из наших в сборной только Сергей Боровский прочно закрепился. Затем попал туда и Сергей Алейников, пробовал играть Сергей Гоцманов.
    - А почему такой талантище, как Александр Прокопенко, не попадал в сборную СССР?
    - Так его же еще найти надо было! (Смеется.) Понимаете, Прокоп был создан для народа, для своих болельщиков. А «на Союзе» там совсем другие задачи, совсем другая публика и правила. Хотя, кажется, он играл одно время за олимпийскую команду, когда Игры проходили в Москве. Его тогда около недели не могли дождаться из Белокаменной.
    Приезжает затем в каком-то белом пиджаке, говорит мне своим заикающимся голосом: «В-валера, ты з-знаешь, какие меня люди в Жодино с поезда с-сняли?!»
    Большое начальство тоже любило игру Прокопа, считали за честь выпить с ним. А тот и не отказывался. Эдуард Васильевич, когда Саша Прокопенко уходил в загул, нам говорил так: «Если вы за Санька заступаетесь, то будьте добры - выигрывайте». И выигрывали, и спасали.
    Легендарный был человек, хоть и слабохарактерный. Вот он заходит в ресторан пообедать, и обед переходит в тяжелый ужин. За каждым столом его узнавали и приглашали «выпить 50 граммов». Тут пригубил, там пригубил... В Америке его эмигранты куда-то уволокли, начальство уже думало, что попросил политубежище. Весело было раньше, очень весело...
    - Знаю, что после минского «Динамо» вы попали в Азербайджан...
    - Да, хотя и в Москву Константин Иванович Бесков зазывал в «Спартак». Но в то время обстоятельства сложились так, что не получалось.
    Но вы знаете, о времени, проведенном в кировобадском «Кяпазе», я вспоминаю тоже только с теплотой. Тогда, помню, в 86-м приезжаю из Кировобада в Минск, а наши все бледные ходят как смерть. Аккурат Чернобыльская АЭС грохнула. А я возвращаюсь домой весь такой розовощекий, с помидорами и огурцами. Платили в Азербайджане тоже неплохо - около семисот. Курировало команду лично местное партийное начальство, а один из тогдашних партийных бонзов Джамшуд Максимович меня даже домой приглашал к себе. Говорил: «Мельников, мне докладывают, что ты любитель выпить, но играешь, безусловно, хорошо. Поэтому вот какая просьба - сам употребляй, но местным футболистам не предлагай».
    А азербайджанские игроки и на самом деле слабенькие были в плане «накатить». Выпьют - и затем уже никакой игры. Кстати, меня и директора всяких местных предприятий знали и постоянно приглашали в гости. После матча стабильно три машины стояли в ожидании. Но в 87-м в Азербайджане начались межнациональные разборки, на улицах появились танки. Пришлось уезжать.
    И после Азербайджана отправился в Якутию «мыть золото» в клубе «Алдан». Богатый край, нечего сказать. 1100 рублей в месяц имел. Пятьсот рублей ежемесячно отсылал жене, затем и сам вернулся в Минск.
    - И играли за белорусскую команду парламентариев?
    - Ну, там не только один я играл из бывшего состава минского «Динамо». Ваня Жекю на воротах стоял, Саша Алексейчиков... Да и в других депутатских командах тоже не без этого было. За молдаван, например, играли бывшие футболисты из «Нистру».
    - Как вам сейчас живется?
    - Живется. В последнее время ушли из жизни близкие и родные люди, сейчас ухаживаю за братом-инвалидом. Материальное положение непростое, поэтому два раза в месяц приходится сдавать кровь - 70 тысяч рублей не помешает. Думаю еще устроиться сторожем на рынок, какая-никакая - а копейка. Иногда играю, тренируюсь, чего греха таить - случается, и выпиваю. Но на минорной ноте заканчивать не будем. Мне есть что вспомнить в этой жизни, чему я просто рад. Знаете, как меня называли в команде? Нильсом - за схожесть со сказочным персонажем. Но все хорошо бывает только в сказках. Так что, как говорил классик: «Не смотри на жизнь мрачнее, чем она на тебя»
    Алесь Сивый.
    /Народная воля. Мінск. 21 кастрычніка 2009./