суббота, 25 октября 2014 г.

Віталь Апякін. Менскі габрэй Шлёма Берковіч. Койданава. "Кальвіна". 2014.



    Шлёма Лейба (Леан, Леў) Хаімавіч (Яфімавіч) Берковіч – нар. у 1863 (1861) г. у губэрнскім месьце Менск Расейскай імпэрыі, у мяшчанскай сям’і габрэйскага настаўніка (меламэда).
    Бацькі рыхтавалі яго ў рабіны, прызначыўшы ў габрэйскую духоўную вучэльню, але насуперак іхняе волі, Шлёма пакінуў духоўныя навукі.
    Некаторы час Берковіч пражываў у Вільні, дзе пазнаёміўся з моладзьдзю і падпольнымі гурткамі. У 1882 г. разам з Эмілем Абрамовічам ён правёў каля 2-х гадоў у Парыжы, дзе займаўся сацыяльнымі навукамі ды зблізіўся з П. Ляўровым. У 1884 г. арганізоўваў з Э. Абрамовічам гурткі сярод навучэнцаў і працоўных у Менску (вядомы быў сярод менскіх працоўных пад мянушкай “Чорны друкар”). Пасьля пераезду ў м. Канатоп Чарнігаўскай губэрні, працаваў друкарскім машыністам у друкарні, вёў рэвалюцыйную працу сярод работнікаў і, паступіўшы ў адну з мясцовых друкарань, пачаў зьбіраць шрыфт, дзеля арганізацыі таемнай друкарні. У 1886 г. Берковіч быў прыцягнуты да дазнаньня пры Чарнігаўскай жандарскай управе па падазрэньні ў спробе надрукаваць у канатопскай друкарні, у якой ён працаваў, рукапісы, перададзеныя яму студэнтам А. Бонч-Асмалоўскім (“Сказка об Иванушке дурачке и его двух братьях”), але на гэтае не было знойдзена доказаў. Пазьней Берковіч пражываў у Кіеве, дзе ён зрабіўся бліжэйшым памагатым Абрамовіча па арганізацыі першых Кіеўскіх сацыял-дэмакратычных гурткоў (з чыгуначнікаў ды друкароў). Удзельнічаў у арганізацыі бібліятэчнай кассы і бібліятэкі для абслугоўваньня гурткоўцаў.
    9 чэрвеня 1889 г. Берковіч, разам з іншымі арганізатарамі і актыўнымі ўдзельнікамі кіеўскіх і нежынскіх рэвалюцыйных кружкоў, быў арыштаваны і прысудам ад 18 красавіка 1890 г. асуджаны да аднаго году турэмнага зьняволеньня ды да сасланьня ва Ўсходнюю Сыбір тэрмінам на 3 гады. Турэмнае зьняволеньне адбываў у пецярбургскіх “Крыжах”, пасьля чаго ў жніўні 1891 г. адпраўлены ў Сыбір. Іркуцкім генэрал-губэрнатарам замест Верхаянска, акруговага места Якуцкай вобласьці, быў накіраваны, па хваробе, у Алёкмінскую акругу Якуцкай вобласьці.
    Дастаўлены быў у абласное места Якуцк 15 чэрвеня 1892 г. і 19 чэрвеня адпраўлены ў места Алёкмінск, куды прыбыў 1 ліпеня і паселены на жыхарства ў Амгінскай вёсцы Алёкмінскай воласьці. Пазьней Берковіч перасяліўся ў м. Алёкмінск і разам з Сяргеем Жэбунёвым езьдзіў па ўлусах ды ладзіў лятучыя школкі.
    18 красавіка 1894 г. у Берковіча скончыўся тэрмін ссылкі, і 13 траўня 1894 г. алёкмінскім спраўнікам ён быў адпраўлены ў м. Іркуцк дзеля далейшага выезду ў Эўрапейскую Расею.
    Па вяртаньні з выгнаньня Берковіч пражываў у Менску, дзе падтрымліваў сувязі з рэвалюцыйным асяродзьдзем. Каля паўтара году быў настаўнікам у вёсцы Кручы Магілёўскай губэрні. Потым зьехаў у Кіеў. дзе скончыў зубаўрачэбную школу. Па атрыманьні гэтай адукацыі пасяліўся ў павятовым месьце Вольск Саратаўскай губэрні, а з 1907 г. у Саратаве. Працаваў па зубалячэбнай спэцыяльнасьці і адначасова вёў рэвалюцыйную працу ў мясцовых сацыял-дэмакратычных арганізацыях.
    Памёр Шлёма Берковіч у Саратаве у 1911 годзе.
    Літаратура:
*    Беркович, Шлема-Лейба Хаимович (Лев Ефимович). // Деятели революционного движения в России. Био-библиографический словарь. Т. 5. Социал–демократы. Вып. 1. А-Б. Москва. 1931. Стлб. 324-326.
*    Охлопков В. Е.  История политической ссылки в Якутии. Кн. 2. (1895-1917). Ч. 1. Революционеры пролетарского этапа в Якутской ссылке. Якутск 1990. С. 24-27.
*    Казарян П. Л.  Олекминская политическая ссылка 1826-1917 гг. Якутск. 1995. С. 192, 258-259, 466.
*    Казарян П. Л.  Олекминская политическая ссылка 1826-1917 гг. Изд. 2-е доп. Якутск. 1996. С. 192, 258-259, 466.
    Віталь Апякін,
    Койданава





    Беркович, Шлема-Лейба Хаимович (Лев Ефимович), минск. мещанин, с. еврейского учителя (меламеда), типографский машинист, впоследствии учитель, зубной врач. Род. в 1863 г. (ок. 1861 г.?) в Минске. Родители готовили Б. в раввины, определив в еврейское духовное училище, но когда ему минуло 12 лет, он, вопреки их воле, оставил духовные «науки» (по другим данным, отказался от духовной карьеры, уже будучи учеником высшей раввинской школы в Берлине — под влиянием Эм. Абрамовича). Некоторое время (в конце70-х г.г.?) жил в Вильне, где познакомился с молодежью и подпольными кружками. С 1882 г. вместе с Абрамовичем провел ок. 2-х лет в Париже; где занимался социальными науками и сблизился с П. Л. Лавровым. В 1884 г. организовал с Абрамовичем кружки среди учащихся и рабочих в Минске (известен был среди минских рабочих под кличкой «Черный печатник»). Вскоре переехал в Конотоп, Черниговск. губ., и, поступив в одну из местных типографий, начал рев. работу среди печатников и собирал шрифт для тайной типографии. В 1886 г. привлечен при Черниговск. жанд,. упр. по подозрению в попытке напечатать в конотопской типографии, в которой он работал, рукописи, переданные ему студ. А. Бонч-Осмоловским («Сказка об Иванушке дурачке и его двух братьях»). Позднее Б. — в Киеве, где он после приезда в начале 1889 г. Абрамовича явился ближайшим помощником последнего по организации первых киевск. с.-д. кружков (из железнодорожников, печатников). Участвовал в организации библиотечной кассы и библиотеки для обслуживания кружковцев. 9 июня 1889 г. арестован и вместе с Абрамовичем и др. привлечен по делу о пропаганде с.-д. идей среди рабочих; при обыске найдена нелегальная литература и переписка. По выс. пов. 18 апр. 1890 г. приговорен к 1 г. тюремного заключения и ссылке в Вост. Сибирь на 3 г. Отбывал заключение в «Крестах». 15 июня 1892 г. прибыл в якутск. ссылку и был водворен в дер. Амгинской, Олекминск. округа, позднее переехал в Олекминск. Вместе с С. Жебуневым устраивал, разъезжая по улусам, летучие школки. По возвращении из Сибири жил в Минске и поддерживал тесные отношения с рев. средой. Ок. 1½ лет провел в качестве учителя в с. Кручи, Могилевск. губ., а потом уехал в Киев, где окончил зубоврачебную школу. Поселившись после этого, в Дольске, Саратовск. губ., вел с.-д.: пропаганду и распространял нелегальную литературу среди учащихся, учителей, рабочих. В 1907 г. переехал в Саратов, продолжая здесь оказывать активное содействие рев. работе, занимаясь распространением литературы и т. д. Умер в Саратове в 1911 г.
    Сведения Б. Л. Эйдельмана, М. Кротова. — Обзор 1889 (Ук.). — Ведомости 1886, 1890 (Ук.). — Деп. пол., 4 д-во, 1889, № 97.
    В. Невский, Очерки (Ук.).
    В. Эйдельман, «Кат. и Сс.», 1928, IIІ(40), 136-141 (Воспоминания о Л. Е. Берковиче и Э. А. Абрамовиче).
    И. Мошинский, На путях к первому съезду РСДРП (Ук.). — В. Манилов, «Путь Револ.», I, 28, 29 (К истории возникновения с.-д. движения в Киеве) (то же в «Летоп. Револ.», III, 1923, 128,129). — Б. Эйдельман, «Пролет. Револ.», I, 1921, 25, 65 (К истории возникновения Росс. с.-д. раб. партии) (ср. его кн. «Первый, съезд РСДРП», 12, 93). — Н. Бухбиндер, «Красн. Летоп.», VII, ,1923, 264-266, 268, 269 (К истории возникновения с.-д движения в Киевск. губ.). — В-р, «По заветам Ильйча», 1925, II, 46 (С.-д. в Якутск. ссылке). — Л. Федорченко, «Кат. и Сс.», 1926, VI (27), 21 (Первые шаги с.-д. в Киеве). — А. Поляк, там же, 36 (К истории типографии «Рабочей Газеты»). — Его же, там же, 1928, XI (48), 16 (На заре раб. движения в Зап. России). — Его же, там же, 1929, IV (53), 8 (Воспоминания о рев. работе, на юге России).
    /Деятели революционного движения в России. Био-библиографический словарь. Т. V. Социал–демократы. Вып. 1. Москва. 1931. Стлб. 324-326./


                                       ДЕЛО ЯКУТСКОГО ОБЛАСТНОГО УПРАВЛЕНИЯ
            Иркутский
    Генерал-Губернатор
    Июля 4-го дня 1890 г.
               № 4304
             г. Иркутск
                                                       Господину Якутскому Губернатору
    ...По дознанию по делу о Киевских и Нежинских революционных кружков, в числе прочих, были привлечены, в качестве обвиняемых, лекарь Эмилий Авраамов Абрамович, мещане Гирш Ошеров Поляк и Шлиом Хаимов Беркович. На основании дознания в отношении каждого их лиц, было выявлено следующее:
    1) Эмилий Абрамович, проживая в Киеве с Февраля по Май 1889 года, посвятил себя исключительно различным революционным предприятиям. Имея в своем распоряжении программу революционной партии Абрамович занялся пропагандою в духе преступного сообщества среди рабочих и интеллигентной молодежи. С этою целью Абрамович распространял среди рабочих преступные сочинения и поднял вопрос об устройстве особой рабочей библиотеки.
    2) Гирш Поляк познакомился с революционной средою в 1887 году в Минске...
    Государь Император в 18-й день Апреля 1890 г. Высочайше повелеть соизволил, разрешив настоящее дознание административным порядком, подвергнув тюремному заключению Эмилия Абрамовича на два года, Гирша Поляка на полтора года и Шлиома Берковича на один год, с тем, чтобы по отбытии наказания, выслать на жительство под надзор полиции в Восточную Сибирь – Абрамовича на четыре года, а Поляка и Берковича на три года каждого.
    Назначив местом водворения Абрамовичу, Поляку и Берковичу Верхоянский округ Якутской Области, предлагаю Вашему Превосходительству, по прибытии в г. Якутск этих поднадзорных, распорядится поселением – Абрамовича в г. Верхоянск, Поляка и Берковича в разных дальних улусах того же округа...
    Генерал-Губернатор /подпись/.
    /НА РС(Я). Ф. 12. Оп. 16. Д. 8 [дело Якутского Областного Управления о государственном ссыльном Эмилие Авраамове Абрамовиче 28 июня 1890 – 17 июня 1900.]. Л. 1-3./



    Эмилий Абрамович Абрамович и Лев Ефимович Беркович были первыми организаторами социал-демократических кружков в г. Киеве, на работу которых обратил внимание В. И. Ленин.
    Абрамович, Беркович и Г. О. Поляк совместно начали свою революционную деятельность в Киеве и после царского суда по одному процессу были отправлены в якутскую ссылку.
    В секретном предписании иркутского генерал-губернатора от 4 нюня 1890 г. за № 4304 сообщается:
    «Эмилий Абрамович, проживая в Киеве с февраля по май 1889 г., посвятил себя исключительно различным революционным предприятиям. Имея в своем распоряжении программу революционной партии, Абрамович занялся пропагандою в духе преступного сообщества среди рабочих и интеллигентной молодежи. С этой целью Абрамович распространял среди рабочих преступные сочинения и поднял вопрос об устройстве особой рабочей библиотеки...
    Л. Беркович был близким доверенным человеком Абрамовича в его преступной деятельности, оказывал ему содействие в сношениях и установлении новых связей с рабочею средою и облегчал ему получение преступной корреспонденции... Назначив место водворения Абрамовичу, Поляку и Берковичу Верхоянский округ Якутской области, предлагаю Вашему Превосходительству по прибытии в г. Якутск этих поднадзорных распорядиться поселением — Абрамовича в г. Верхоянск, Поляка и Берковича в разных дальних улусах того же округа, с учреждением над ними надлежащего полицейского надзора на указанный выше срок... Прошу уведомить мою канцелярию и Департамент Полиции.
    Генерал-губернатор п/п» [* ЦГА ЯАССР, ф. 12, оп. 16, д. 8, л. 1 об. - 3.].
    Абрамович родился 10 июля 1864 г. в г. Гродно в семье врача. Его родители долго жили в Германии, где их четверо детей не только получили высшее образование, но и с юношеских лет хорошо изучили легальные и нелегальные труды западных социалистов, особенно труды К. Маркса и Ф. Энгельса. В 1882 г. Абрамович окончил гимназию с золотой медалью. Среди своих сверстников он отличался исключительной аккуратностью, большой добротой и одаренностью. С ранних лет интересовался вопросами общественно-политического развития. Вскоре родители переехали в г. Минск для постоянного жительства. Эмилий хорошо знал несколько иностранных языков, особенно немецкий и французский. В том же, 1882 г., он выезжает в Париж, где, блестяще выдержав все вступительные экзамены, становится студентом медицинского факультета знаменитого Сорбоннского университета. Но через два года из-за тяжелой болезни матери, чтобы быть ближе к ней и оказывать медицинскую помощь, решил изменить место дальнейшей учебы. Переезжает в Германию, где поступает в Дерптский университет.
    В 1888 г. Абрамович получает диплом врача с отличием. Таким образом, пройдя прекрасную подготовку в двух старейших университетах Западной Европы, он возвращается на родину.  
    В годы студенчества в Германии Абрамович изучил в подлиннике многие труды К. Маркса и Ф. Энгельса, в том числе «Капитал», «Манифест Коммунистической партии». Стал убежденным революционером-марксистом. Все это было известно III Отделению департамента полиции еще до его возвращения на родину. С первых же дней его появления в России, поездок по разным городам за ним постоянно следили тайные агенты жандармерии, собирая данные, факты о его революционной деятельности. Полиция знала также о создании им Киевского революционного кружка, о частых выступлениях перед его членами о необходимости распространения марксизма, о необходимости политической борьбы и вооруженного свержения царизма в России. Вначале он жил и работал врачом в Киеве, где около года был руководителем созданного им тайного социал-демократического революционного кружка. Но уже в следующем, 1889 г., был переведен в г. Друскенники, куда переехал с сестрой.
    С целью ведения революционной пропаганды и организации нелегальных революционных кружков Абрамович решил работать свободным врачом с правом разъезда по городам, губерниям европейской части Российской империи.
    Царская полиция, собрав все необходимые агентурные данные о работе тайных кружков в Киеве, произвела в 1889 г. массовые аресты его деятелей и членов. Абрамович вместе со своими друзьями Берковичем, Поляком был арестован и по одному процессу «Киевского дела» в 1890 г. осужден на два года тюремного заключения с последующей ссылкой на пять лет в Восточную Сибирь. А Беркович — на год тюрьмы и три года ссылки, тоже в Восточную Сибирь.
    Абрамович и Беркович по одному году просидели в Киевской тюрьме, по одному году в «Крестах», затем в знаменитых «Бутырках» Пугачевской башни Московского центрального замка. По предписанию начальника Главного тюремного управления весной 1892 г. их отправляют в Восточную Сибирь.
    В то время еще не было железной дороги. Друзья оказались в одной партии, которая была отправлена пешим этапом по Владимирке в мае 1892 г. и только через 6 месяцев добралась до г. Красноярска. Так продолжали путь до Иркутска. А по предписанию генерал-губернатора Восточной Сибири они зимним путем были отправлены в Якутскую область, куда прибыли почти через год. По личной просьбе Абрамович не был отправлен в Верхоянск.
    Местом постоянного жительства назначили один из наслегов Олекминского округа. Но скоро они самовольно переехали жить в Олекминск. В то время почти не было врачей, других медицинских работников. Поэтому полицейское окружное управление сделало вид, что этого не замечает. Некоторые чиновники местной администрации, полицейского управления часто сами прибегали к их помощи.
    Особенно большим авторитетом пользовался Абрамович. Постоянно проживая в Олекминске, он часто разъезжал по всему округу, оказывая медицинскую помощь.
    Беркович, по окончании трехгодичной ссылки в 1895 г., вернулся в европейскую часть России. Вначале жил в Минске, затем учился в Киевской зубоврачебной школе. С дипломом зубного врача уехал работать в Саратов. Ему, как бывшему государственному преступнику, не разрешили работать в этом крупном городе. Он вынужден был уехать и устроиться врачом в Вольске.
    Считая себя вольноработающим врачом, Беркович свободно разъезжал по городам европейской части России, вновь начал заниматься нелегальной революционной деятельностью. Он установил связь с нелегальными кружками социал-демократов, вел широкую революционную пропаганду среди рабочих разных заводов и фабрик. Имел постоянную связь и личную дружбу со многими известными революционерами, в том числе с П. А. Аникиным — членом 2-й Государственной думы, который при его содействии изучал труды К. Маркса, Ф. Энгельса, в том числе «Капитал», «Манифест Коммунистической партии», вел широкую революционную работу, стал вместе с ним распространять «Искру» среди рабочих. Как известно, Аникин позже был арестован и осужден на длительную каторгу с отбыванием в Восточной Сибири.
    Опытный революционер Беркович сумел вовремя уйти в глубокое подполье и уехал в Саратов, переменив свой адрес, жил под чужим паспортом. Находясь на нелегальном положении, он начал распространять по железной дороге, по разным городам социал-демократическую литературу, в том числе «Искру», труды К. Маркса, Ф. Энгельса, первые труды и статьи В. И. Ленина и других деятелей рабочего революционного движения. Но начали сказываться тяжелые годы тюремного заточения, якутской ссылки, раны, травмы, которые он получил во время массового избиения арестантов на пути этапного перехода по Владимирке, когда он заступился за честь женщин, которых оскорбляли пьяные чиновники царской полиции. Прикованный к постели, Беркович умер в 1911 г. в г. Саратове.
    Абрамович и Беркович встретились в Олекминске с политссыльным В. А. Жебуневым, который отбывал ссылку за пропаганду в империи социалистических идей. Вместе с ним они открыли так называемые летучие школы сначала в Олекминске, а затем в нескольких наслегах, в соседних улусах.
    Абрамович женился на местной крестьянке из бедной якутской семьи — Анастасии Федоровне Ивановой, с которой жил в годы якутской ссылки и в г. Саратове до последних дней своей жизни...
    /В. Е. Охлопков, кандидат исторических наук.  История политической ссылки в Якутии. Кн. 2. (1895-1917). Ч. 1. Революционеры пролетарского этапа в Якутской ссылке. Якутск 1990. С. 24-27./

                             ВОСПОМИНАНИЯ  О  ЛЬВЕ  ЕФИМОВИЧЕ  БЕРКОВИЧЕ
                                      И ЭМИЛИИ АЛЕКСАНДРОВИЧЕ АБРАМОВИЧЕ
                                                            ВЕРЫ  ЭЙДЕЛЬМАН
    Лев Ефимович Беркович родился в 1863 году в г. Минске.
    Родители — отец, учитель еврейского языка — по способностям и успехам в талмуде прочили его в раввины, определив в еврейское духовное училище. Но когда ему минуло 12 лет, он, вопреки воле родителей, оставляет духовные науки и берется за русский язык и прочие науки.
    В 1878 году он едет в г. Вильну, где уже знакомится с молодежью и подпольными кружками. Прожив там некоторое время, он возвращается в Минск, где с Эмилием Александровичем Абрамовичем начинает организовывать кружки как учащейся молодежи, так и рабочих [Совместная работа Берковича с Абрамовичем по организации рабочих кружков в Минске относится к более позднему времени — к 1884 г. — Ред.]. Абрамович под кличкой — «белый сапожник», Лев Ефимович под кличкой — «черный печатник» становятся известными всем минским рабочим.
    Вскоре Л. Е. едет в Конотоп, Черниговской губ., поступает в типографию на работу и собирает в этом глухом городишке шрифт для типографии и начинает работу среди рабочих двух типографий, которые были там. Вскоре хозяева начинают замечать как перемену в настроении рабочих, так и исчезновение шрифта. Начинается слежка, и нетрудно было, несмотря на всю конспирацию, все-таки отыскать виновника. Хозяева доносят полиции (жандармов в то время там не было), Л. Е. арестовывают, обыскивают только его Комнату и ничего подозрительного не находят (на его корзине уселась хозяйка и кормила ребенка). Причем полиция страшно трусила, ибо это было в Конотопе их первое крещение. Но все-таки при аресте Л. Е. они связывают ему руки назад и на длинной веревке ведут и бросают в какую-то темную каморку, где, как зачумленному, просовывают ему хлеб и воду. В это время, не зная об его аресте, приезжает к нему по делу студент Бонч-Осмоловский. Того тоже арестовывают и сажают в соседнюю камеру. Тут они уже узнают друг о друге и требуют прокурора. Приезд прокурора улучшает их положение, и Бонч-Осмоловский дает знать своему отцу, который занимал какой-то высокий пост. Тот прискакал в Конотоп, наделал много шуму, запугал исправника и добился освобождения сына. Этим пользуется и Л. Е. и тихонько уходит из Конотопа в Киев. Там он начинает работу опять-таки среди печатников и сам печатает у себя в погребе на гектографе.
    В 1882 году они вместе с Абрамовичем уезжают в Париж, где Э. А. поступает на медицинский факультет, а Л. Е. изучает социальные науки. В то время был в Париже Лавров. Очень полюбился ему Л. Е. и долго еще он ему писал в Россию. Прожив в Париже около 2 лет, Л. Е. едет в Берлин. Там уже он знакомится с социал-демократами.
    В 1883 г. они вместе с Э. А. возвращаются в Россию. Э. А. едет в Дерпт, чтобы закончить свою медицину, а Л. Е. едет в Ригу. Там он прожил недолго и вернулся в Киев, начав опять свою революционную работу. В 1888 г. приехал в Киев и Э. А., закончив свое медицинское образование, и тут начинается их совместная работа. Сюда уже привлекаются не только рабочие всех типографий, но и железнодорожники. Работа ведется под социал-демократическим знаменем. В своих кружках они насчитывают уже до 60 чел. сознательных жел.-дорожных рабочих и столько же работников печати и проч.
    Л. Е. часто и не ночевал дома, переходя от пропаганды к печатанию на гектографе, где-нибудь в подвале. В том же году по предательству рабочего портного Савченко были арестованы Л. Е., Э. А., Поляк (имени не помню), Соколов, Гальперин, Голумб, Сонгайло, студенты Горб, Флеров. Как Сонгайло, так и студенты Горб и Флеров держали себя на допросе, как трусы, очень непорядочно, в результате их только выслали из Киева, продержав короткое время в тюрьме.
    Э. А. и Л. Е. просидели в Киевской тюрьме год, и в 1890 г. пришел приговор: Э. А. — 2 года «Крестов», 5 лет ссылки в Восточн. Сибирь; Л. Е. — 1 год «Крестов» и 3 года ссылки в отдаленнейшие места Восточной Сибири. По окончании ссылки ему был прибавлен год за частые отлучки. Нужно сказать, что приговор был очень смягчен: их должны были судить не административно, но он куплен был ценою жизни отца Абрамовича. Дело было так. Когда отец узнал об аресте своего единственного сына, которого он безумно любил, он поехал в Петербург хлопотать. Ему удалось получить аудиенцию у министра внутренних дел, но ему сказали, что очень мало можно сделать. Старик тут же в приемной министра покончил с собой [По словам Макаревич, сестры Абрамовича, отец покончил самоубийством по от]езде сына в Сибирь.]. Это произвело большое впечатление, и дело было взято и передано в другую инстанцию, где их судили административным порядком. «Кресты» только что были достроены, и как первые социал-демократы, так и первые пионеры — были они в «Крестах». Режим был очень тяжел: их каждый день взвешивали и записывали убыль, сколько потеряно в весе и какой можно применить режим. В результате через 6 месяцев люди превращались в больных, еле влачащих ноги. Многие вышли совсем инвалидами.
    Когда Л. Е. вышел из «Крестов», то он не мог стоять на ногах и без чувств упал на панель.
    В 1891 году Л. Е. отправляют из «Крестов» в московские «Бутырки» и в мае с партией отправляют в Сибирь пешим порядком, так как железных дорог тогда еще не было. Шли они по Владимирке, подолгу останавливаясь на каждом этапе, кормя собой клопов. Так месяцев через 6-7 добрались они до Красноярска, и там случился следующий инцидент. В партии шли также несколько политических женщин. Их оскорбили, мужчины заступились, выразив протест; кончилось тем, что их так избили прикладами, что вытаскивали из камер замертво. Сильно избитый Л. Е. долго болел.
    Через год они добрались до Якутска. Л. Е. оставили в Якутской области, поселив в заброшенной юрте в нескольких верстах от Олекминска. Там прожил он одиноко около 11/2 г года и перебрался в Олекму, где вместе с С. Жебуневым устраивает летучие школки, разъезжая по улусам. Школы эти так заинтересовали якутских мальчишек, что они ночью прибегали, стучали в окно и кричали: «учитель, я решил». Л. Е. и Жебунев устраивали детям елки, чем приводили их в большой восторг. В Олекме Л. Е. закончил свою ссылку. В конце 1895 года он вернулся в Европейскую Россию со следующими ограничениями в правах: 2 года гласного надзора, причем отбывать его не в университетских городах, не в городах под усиленной охраной, не в местах на военном положении, не в казацких станицах, не в селах. Над этим пришлось немало подумать. Пришлось ехать на родину в Минск.
    Прожив там несколько месяцев, он был приглашен в село Кручи, Могилевской губернии. Население села наполовину еврейское, наполовину старообрядческое. Как те, так и другие вскоре очень привязались к Л. Е. И когда начали появляться жандармы, которые произвели страшный переполох, — огородами, задворками, с испуганными, бледными лицами, спотыкаясь, падая, бежали люди предупредить учителя. Было, много юмористических картин, но и много трогательного.
    В конце концов ему это надоело, и он поехал в Могилев к жандармскому полковнику и потребовал, чтобы не пугали население. Полковник извинился и обещал переменить тактику. И вот вместо жандармов начали появляться шпики в самых разнообразных видах. Тут-то все стали смелее. Некоторые из шпиков получили порядочную встрепку и начали, по крайней мере, издали свои наблюдения.
    Так Л. Е. прожил полтора года. За это время из Киева приезжал к нам т. А. Поляк с целью устроить типографию. Приезжал и Ю. Д. Мельников, но, к сожалению, из-за усиленной слежки ничего не вышло.
    Отбыв свой гласный надзор, Л. Е. поехал в Киев, где поступил в зубоврачебную школу. По окончании школы и получении диплома он уехал в Саратов, а оттуда в Вольск. Поселившись там, он начал работу и зубоврачебную и политическую. Со всех окружных деревень шли к нему крестьяне; так как в земстве зубоврачебной помощи не было и население привыкло к бесплатной помощи по медицине, то больных было много и все было за «Спаси Христос». Кое-как городская практика кормила, но зато было много другой работы. Два цементных завода, имеющих несколько тысяч рабочих, учительская семинария, реальное училище, женская гимназия и кадетский корпус. Все это начало стекаться, как мухи на мед. Как жадные, голодные волчата, молодежь шла за нелегальной книгой и за словом. Особенно ученики учительской семинарии, с которыми он штудировал Маркса; много на его совести народу, который он совратил под социал-демократическое знамя, между другими П. А. Аникин, член 2-й Государственной думы, вместе с фракцией пошедший на каторгу. В то время он был учителем городского училища. Л. Е. получал из-за границы «Искру» и много другой нелегальной литературы, которую он распространял. Литература была не только с.-д., но и всякая другая. Была тесная связь с цементным заводом, куда через учителей шла литература. Были такие рабочие, которые сами уже ходили к Л. Е. Среди них Лапаткин, рабочий цементного завода, который потом попал от рабочих во 2-ю Государственную думу и потом пошел с с.-д. орган. в каторгу на 4 года. Лишнее говорить, как часто его посещали жандармы. Так жил он в Вольске до 1907 года, но начали передавать Л. Е., что директора заводов и учебных заведений решили просить губернатора, чтобы Л. Е. убрали, как вредного человека. Л. Е. решил лучше сам убраться и переехал в Саратов. Переехав в Саратов, он начал вести более широкую работу. С получением литературы стало легче. Он получал литературу корзинами. Целый день только были звонки, — кто с литературой, кто за ней, кого нужно было снабдить скорее паспортами. Так тянулось вплоть до 1908 и до 1909 годов.
    В 1911 году Л. Е. Беркович умер от рака [О Л. Е. Берковиче могли бы порассказать те, кто встречался с ним в Вольске и Саратове, где он прожил последние годы своей жизни, отчасти активно привлекая в партию людей, как, например, П. А. Аникина и др., или помогая лично чем мог работникам-революционерам. Вся революционная братия, которая живала в те годы в Вольске и Саратове, знала Л. Е. Берковича.].
    /Каторга и Ссылка. Историко-Революционный Вестник. Кн. 40. № 3. Москва. 1928. С. 136-139./

    БЕРКОВИЧ ШЛИОМ (ЛЕОН) ХАИМОВИЧ род. в 1863 г. в г. Минске, в семье еврейского учителя. С начала 80-х годов принимал участие в революционном движении. В 1884 г. был одним из организаторов революционного кружка среди минских рабочих. Переехав в г. Конотоп Черниговской губ., работал в типографии, вел революционную работу среди рабочих и приступил к организации тайной типографии. В 1886 г. был арестован по подозрению в печатании нелегальной литературы, но из-за отсутствия доказательств был отпущен. Переехал в Киев, где стал участником организации первых социал-демократических кружков и подпольной библиотеки.
    Был арестован 9 июня 1889 г. вместе с другими организаторами и активными участниками киевских и нежинских революционных кружков и повелением от 18 апреля 1890 г. приговорен к году тюремного заключения и к ссылке в Восточную Сибирь сроком на 3 года. Тюремное заключение отбывал в петербургских «Крестах», после чего в августе 1891 г. отправлен в Сибирь. Иркутским генерал-губернатором вместо Верхоянска направлен по болезни в Олекминский округ.
    Доставлен в г. Якутск 15 июня 1892 г. и 19 июня отправлен в г. Олекминск, куда прибыл 1 июля и водворен па жительство в Амгинской деревне Олекминской волости. Еще до истечения срока ссылки, 24 апреля 1894 г., Департамент полиции предписал якутскому губернатору под роспись сообщить Берковичу, что ему по освобождении запрещается жительство «в университетских городах, находящихся в черте еврейской оседлости, в течение двух лет...».
    Срок ссылки закончился 18 апреля 1894 г., и 13 мая олекминским исправником был отправлен в Иркутск для дальнейшего следования в Европейскую Россию.
    По возвращении из ссылки жил в Минске, Могилевской губ., учительствовал, потом уехал в Киев и окончил зубоврачебную школу. По-прежнему находился в тесных отношениях с революционными кружками.
    По получении зубоврачебного образования поселился в г. Вольске, а с 1907 г. — в Саратове. Работал по специальности и одновременно вел революционную работу в местных социал-демократических организациях.
    Умер в Саратове в 1911 г.
    /Казарян П. Л.  Олекминская политическая ссылка 1826-1917 гг. Изд. 2-е доп. Якутск. 1996. С. 258-259./